Петербургский Генеалогический Портал
русская версияenglish version

  Rambler's Top100

Cодержание

 
 
  • Регистрация

  • О сайте

  • Новости

  • Анонсы

  • Организации

  • РГО

  • Известия РГО

  • Дворянский календарь

  • СПб ДРК

  • Генеалогический вестник

  • СПб народный некрополь

  • Из глубины времен

  • Школа Генеалогии

  • Публикации

  • Библиография

  • Библиотека

  • Персоналия

  • Личные страницы

  • Доска объявлений

  • Полезные программы

  • Полезные ссылки

  • Интернет-магазин

  • Справочные услуги

  • Консультации

  • Поиск фамилий

  •  

     

    Это интересно


     

    Погода в С.Петербурге сегодня Погода
в С.Петербурге завтра

    TopList

    Rambler's Top100

    Каталог интернет ресурсов -
ИнфоПитер

    Яндекс цитирования

    Наш Питер. Рейтинг
сайтов

     

       

    Наши друзья

     

    Большой русский альбом. Вся Россия в лицах и биографиях из семейных архивов

     
    PCGenealogy.Ru - информационно-поисковая система по архивным генеалогическим источникам
     
    Гимназия К.Мая
     

    Европейский университет в С.Петербурге

     
     
     

     

    На главную страницу сайта

       

    ВЯЧЕСЛАВ МОШЕ КАНТОР

    Бизнесмен и общественный деятель Вячеслав Кантор известен далеко за пределами России. Если на родине он прежде всего владелец крупного агрохимического комплекса «Акрон» и благотворитель, то в Европе играет заметную роль как руководитель и вдохновитель многих общественных организаций, крупнейшая из которых – Европейский еврейский конгресс, президентом которого Моше Кантор является с 2007 года и переизбирался на эту должность четыре раза подряд.

    Подобное единодушие членов конгресса не вызывает удивления, если внимательнее изучить деятельность Вячеслава Кантора. Будучи ярым приверженцем идей толерантности и отстаивая интересы евреев, борясь с антисемитизмом, Кантор в своей работе уже далеко перешагнул границы «узкой» специализации на «еврейском вопросе». В свое время этот человек сделал правильные и далеко идущие выводы о том, что благополучие одной нации всегда нераздельно связано с благополучием стран и всего мира, с его безопасностью и стабильностью. Точно так же, по мнению Вячеслава Кантора, и проблемы, возникшие, казалось бы, у отдельных людей и общин, могут со временем перерасти в глобальные конфликты и даже катастрофы, поэтому противостоять им необходимо на самом высоком уровне. Именно совмещая идеи взаимопонимания между народами и мировой безопасностью, Моше Кантор пришел к идее «безопасной толерантности», которую и продолжает отстаивать из года в год как лекарство от таких явлений, как терроризм и экстремизм.

    Стоит отметить, что несмотря на то, что последние несколько лет Вячеслав Кантор с семьей проживает в Швейцарии, он по-прежнему уделяет много внимания происходящему в России. Здесь под его патронажем работает Музей искусства авангарда в Москве, через коллекцию которого Моше Кантор вернул русскому зрителю работы многих соотечественников XX века, по тем или иным причинам вынужденным жить заграницей. Кроме того, Вячеслав Моше Кантор принимает участие в благотворительных проектах и поддерживает социальную сферу жизни в России, образовательные и медицинские программы, а также помогает конкретным учреждениям, не всегда могущим рассчитывать на поддержку местных властей.

    ВЯЧЕСЛАВ МОШЕ КАНТОР

    (родился 8 сентября 1953 года в Москве) — международный общественный деятель, предприниматель и филантроп.

    ОБРАЗОВАНИЕ

    Кантор родился и вырос в Москве, где в 1976 году закончил Московский авиационный институт. В 1981 году он получил степень кандидата наук в области автоматических систем управления космическими аппаратами.

    ПРЕДПРИНИМАТЕЛЬСКАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ

    Кантор возглавляет Группу Акрон, являющуюся одним из ведущих мировых производителей и дистрибьюторов минеральных удобрений в мире, акции которого обращаются на бирже. В 1993 году он приобрел первый актив Группы Акрон  ?  государственное российское предприятие по производству азотных удобрений (ранее именовавшееся «Азот»).

    СЕМЬЯ

    Вячеслав Кантор женат на Анне Кантор, имеет четырёх сыновей и дочь.

    ОБЩЕСТВЕННАЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТЬ ЕВРЕЙСКАЯ ЖИЗНЬ В ЕВРОПЕ

    С 2007 года Кантор является Президентом Европейского еврейского конгресса (ЕЕК). Он был переизбран на этот пост в 2008, 2012 и 2016 годах. ЕЕК, крупнейшая светская организация, представляющая интересы европейского еврейства, является влиятельным международным общественным объединением, представляющим 2,5 миллиона евреев всего Европейского континента из 42 национальных еврейских общин.   Особое внимание Кантор уделяет образованию в области Холокоста. Для сохранения памяти о трагических событиях ХХ века он основал и возглавил Фонд «Всемирный форум памяти Холокоста» и Европейский еврейский фонд.  

    Как председатель Фонда «Всемирный форум памяти Холокоста» Кантор выступил с инициативой проведения и организовал в Кракове 27 января 2005 года памятные мероприятия, посвященные 60-ой годовщине освобождения концентрационного лагеря Аушвиц-Биркенау. Во Всемирном форуме «Жизнь народу моему!» приняли участие более 40 глав государств и официальных делегаций.

    Кантор активно участвует в развитии еврейской жизни также как главный основатель и председатель Европейского еврейского фонда (ЕЕФ), который занимается развитием еврейской жизни во всей Европе, поддерживая программы, направленные на укрепление еврейского самосознания и гордости, особенно путем возврата молодежи к ее богатому и жизненно важному еврейскому наследию. Он также является заместителем Председателя мемориала «Яд Вашем» и в 2013 году был избран председателем Комитета по политике Всемирного еврейского конгресса.

    Как президент Европейского еврейского конгресса был одним из организаторов Международной конференции «Неофашизм в Европе: 70 лет спустя», которая прошла в Санкт-Петербурге в марте 2014 года.

    ЯДЕРНОЕ НЕРАСПРОСТРАНЕНИЕ

    В 2007 году, Кантор основал «Международный Люксембургский форум по предотвращению ядерной катастрофы», международную неправительственную организацию, объединяющую ведущих всемирно признанных экспертов в области ядерного нераспространения, ядерных материалов и носителей, и был избран его президентом.

    Деятельность Люксембургского форума направлена на обсуждение вопросов ядерной безопасности и нераспространения, а также на выработку предложений и рекомендаций для политиков и дипломатов по укреплению ядерной безопасности. Работа Форума направлена на предотвращение «банализации» ядерной угрозы в современном мире и нацелена на предоставление достоверной информации о текущей ситуации в проблемных государствах и регионах (Ближний Восток, Корейский полуостров и Южная Азия).

    ТОЛЕРАНТНОСТЬ

    Кантор принимает активное участие в продвижении идей толерантности в Европе. В 2008 году он основал Европейский совет по толерантности и примирению (ЕСТП). ЕСТП – неправительственная организация, в состав которой входят бывшие главы государств Европы, лауреаты Нобелевской премии мира и другие выдающиеся личности, получившие всемирное признание за достижения в области продвижения толерантности. ЕСТП был учрежден для борьбы с ксенофобией, экстремизмом и антисемитизмом, контроля за соблюдением европейскими государствами принципов толерантности, разработки практических инициатив и подготовки рекомендаций для продвижения взаимопонимания между представителями разных культур.

    Оригинал – официальный сайт Вячеслава Кантора

    В Москве впервые отметили День толерантности

    В столице впервые прошел День толерантности, организованный для молодежи Российским еврейским конгрессом.

    "Это мероприятие адресовано молодежи. День толерантности в Москве - это культурно-просветительская акция, которая должна показать, как важно развивать межнациональное согласие в обществе", - сказал в начале праздника Вячеслав Кантор, президент Российского еврейского конгресса и Европейского еврейского конгресса.

    На вечере состоялось награждение молодых музыкантов специальной премией "За первые успехи в исполнительском искусстве", приуроченной к 100-летию знаменитого советского скрипача Давида Ойстраха. Премия была вручена трем студентам-скрипачам Московской консерватории.

    На вечере присутствовали молодые люди разных национальностей с разным цветом кожи, некоторые были одеты в национальные костюмы.

    Вечер продолжился концертом израильской этно-рок-группы "Проект Идана Райхеля", в которой играют музыканты разных национальностей. Группа исполнила традиционные еврейские мелодии с эфиопскими и ливийскими этническими мотивами.

    "Толерантность - это воспитание и образование в духе взаимоуважения к людям вне зависимости от их цвета кожи и одновременно очень жесткое отношение к любым проявлениям национальной и религиозной нетерпимости", - подчеркнул В.Кантор.

    Оригинал – «Интерфакс»

    Президент ЕЕК призывает к безопасной толерантности

    Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон в своей "мюнхенской речи" о провале политики многообразия культур задал скептический тон. По его словам, толерантность, основанная на невмешательстве в дела тех, кто отвергает западные ценности, себя не оправдала. Глава британского правительства предложил взять за основу "мускулистый либерализм", при котором национальная идентичность формируется за счет демократии, равных прав и главенства закона.

    Мнение и настрой Дэвида Кэмерона поддержал президент Франции Николя Саркози, заявив о том, что во всех западных демократиях сегодня занимаются идентификацией и адаптацией тех, кто приезжает в страну, забывая об идентификации и ценностях тех, кто принимает приезжих.

    Вице-премьер Нидерландов Максим Верхаген уверен, что построение мультикультурного общества в Голландии провалилось, а "голландцы больше не чувствуют себя дома в собственной стране - так же, как и иммигранты".

    В основных положениях концепции мультикультурализма в Европе разочаровались задолго до Мюнхенской конференции. Еще в конце минувшего года на тему межнациональных и кросскультурных отношений в странах Европы однозначно высказалась канцлер Германии Ангела Меркель. По ее словам, концепция мультикультурности, подразумевающая, что люди, представляющие разные культурные традиции, могут мирно сосуществовать друг с другом, в Германии сегодня не работает. Общий тон и синхронность заявлений европейских лидеров говорит о сходстве проблем. Похоже, доселе существовавшая в форме факультатива международной практики тема толерантности приобретает большее значение для межгосударственных отношений. В России на государственном уровне тема прозвучала во время последнего заседания Государственного совета, где президент Дмитрий Медведев дал свою оценку серии жестких заявлений европейских лидеров о провале мультикультурализма: "В Европе стало модно говорить о крахе политики мультикультурализма - дескать, это не тот курс, который направлен на гармоничное развитие разных культур в одной стране, где существует ведущий этнос. Это бессмысленно делать. Лучше, чтобы все иные культуры развивались только в русле традиций и ценностей ведущего этноса. Я считаю, что для нашей страны это было бы весьма существенным упрощением".

    Общественные организации Европы отреагировали на столь пристальное внимание политиков к теме толерантности. Глава Европейского еврейского конгресса (ЕЕК) и сопредседатель Европейского совета по толерантности и примирению Вячеслав Кантор уверен, что толерантность является основой безопасности и процветания Европы и России. При этом она, по словам Кантора, должна быть строго ограничена: "Неумеренно употребленное целительное лекарство превращается в яд".

    Вячеслав Кантор утверждает, что концепция толерантности должна измениться: "Вместо пассивной, наблюдательной толерантности требуется система безопасной толерантности, основанная на законодательстве, прежде всего - на создаваемом сейчас общеевропейском законодательстве о толерантности, программах обучения, кампаниях повышения осведомленности о межкультурных различиях, мерах по обеспечению безопасной толерантности".

    "Европейские лидеры должны уделить особое внимание демократическим нормам в качестве барьера для ненависти, ксенофобии и антисемитизма как в этих странах, так и внутри своей страны, - уверен президент ЕЕК. – Мы также должны признать, что в основе всех демократических сообществ лежит свобода и безопасность".

    "Европа заинтересована в воспитании толерантности как залога стабильности и безопасности, - добавил Вячеслав Кантор. - Необходимо заново определить взаимосвязь между толерантностью и безопасностью. Это потребует дальнейшей работы и выводов, которые ощутимо повлияют на все наши общества. Как и медицина, толерантность может вылечить, если ее применять в небольших дозах, но также может нанести вред при передозировке. Жизненно важно, чтобы страны в стадии общественных изменений установили для себя правильную дозировку и определили границы толерантности".

    Таким образом, объявленный на высшем политическом уровне крах мультикультурализма, возможно, более верно было бы именовать его обновлением. Теперь мигрантов будут не адаптировать, а способствовать их самостоятельной адаптации. Что придет на смену классическому мультикультурализму - европейский "плавильный котел" или национальные системы безопасной толерантности, - мы увидим в самое ближайшее время. Внимание политиков первой величины к проблеме говорит о том, что жить без новой концепции нам осталось недолго.

    Оригинал – Ytro.ru

    Личная коллекция Вячеслава Кантора представлена в Женеве|La collection privee de Viatcheslav Kantor a Geneve

    Вчера, накануне Дня независимости России, во Дворце Наций торжественно открылась выставка «Отечество мое – в моей душе», на которой впервые публично представлены шедевры Музея искусства Авангарда.

    Начиная писать об открывшейся вчера выставке, сразу становится ясно, что часто придется пользоваться словом «впервые».  Действительно, впервые крупный предприниматель, в данном случае, Вячеслав Кантор, решил собирать не «искусство вообще», а коллекцию на строго заданную тему – произведения еврейских художников русского происхождения. (Впрочем, можно сказать и наоборот, произведения русских художников еврейского происхождения). Впервые часть  - около 40 произведений - этой коллекции, состоящей из 300 предметов искусства, собранных за 10 лет, показывается публике. Наконец, впервые частная коллекция выставляется в женевском Дворце Наций, где, как известно, располагается Европейское отделение ООН.

    За несколько минут до начала прошедшей вчера утром пресс-конференции нам удалось получить комментарий Валерия Васильевича Лощинина, Постоянного Представителя РФ при ООН и других международных организациях в Женеве. Вот что он сказал: «Во Дворце Наций, где чуть ли не каждую неделю устраиваются разнообразные выставки, никогда, по-моему, еще не представлялась экспозиция такого уровня. Прекрасно, что Вячеслав Кантор сосредоточил свое внимание коллекционера на соотечественниках, которые, живя и работая в разных странах – Франции, Израиле, США и других – все вместе представляют вклад, внесенный и вносимый русской культурой в мировую». Помимо художественной и просветительской задач, организаторы экспозиции, которая, вероятно, после Швейцарии посетит и другие страны,  ставят перед собой еще одну цель: призвать всех посетителей к построению толерантного общества. По словам Вячеслава Кантора, «все, чем может гордиться наш музей, создано не уязвленной гордостью или социальным протестом. Все это создано любовью, которая видится мне высшим из человеческих талантов». 

    Не будет преувеличением сказать, что коллекции Вячеслава Кантора, крупного российского предпринимателя, Президента Европейского еврейского конгресса и создателя московского Музея искусства Авангарда (МАГМА), позавидуют белой, а может, и черной, завистью многие музеи мира. И неудивительно, ведь в собрании нет ни одного произведения, не подходящего под определение "шедевр".

    Представленная в Женеве экспозиция состоит из трех разделов: «Эксперименты 1920-х", «Парижская школа», о которой мы уже немного рассказывали, и «От нонконформизма к концептуализму».  Счастливчики, которым удастся пройти через секьюрити Дворца Наций, смогут увидеть полотна Льва Бакста и Роберта Фалька, Александра Тышлера и Ладо Гудиашвили, Хаима Сутина (МАГМА располагает крупнейшей частной коллекцией этого удивительного художника), Осипа Цадкина, Сони Делоне, Эрика Булатова, Ильи Кабакова, Марка Шагала и даже Амедео Модильяни. «Ну уж Модильяни-то какое отношение имеет к России?», спросит разбирающийся читатель. И правда, к России, напрямую,  никакого.

    «Женский портрет» Модильяни – единственное произведение в экспозиции, принадлежащее кисти художника не русского происхождения. Но, по мнению организаторов выставки, в «Улье», в Парижской школе Модильяни так много и тесно общался с русскими коллегами, что  его творение здесь не ощущается как инородное тело. Представляя свою коллекцию журналистам, Вячеслав Кантор объяснил, что руководствовался тремя критериями: предметы его собирательства должны быть «еврейскими, русскими и выдающимися», а отвечая на собственный вопрос о том, много ли или мало десять лет для создания коллекции, напомнил собравшимся библейскую притчу об Иакове, в течение семи лет работавшем на отца Рахили. «Но он так любил ее, - заметил Вячеслав Владимирович, - что эти семь лет показались ему семью днями. Вот и мы – так любим художников, что десять лет собирания коллекции пролетели как десять дней».

    В четкой направленности коллекции, в ясности, с которой г-н Кантор излагал свою концепцию, чувствуется научный подход,  тяга к системности, что, возможно, отголосок технического образования: Вячеслав Владимирович закончил в 1976 году Московский авиационный институт, имеет ученую степень кандидата технических наук и является специалистом в области автоматических систем управления космическими летательными аппаратами. 

    Но не менее, чем системность, близка, как видно, его душе идея толерантности, он постоянно подчеркивает, что все представленные в его коллекции художники, родившиеся в разных уголках российской империи, смогли проявиться и быть востребованными во всем мире, так как оказались в «атмосфере толерантности и примирения».

    На эту тему он также рассказал несколько интересных историй, которые со временем, возможно, перейдут в разряд притч.  Одна из них – о Марке Шагале. Приехавший в Париж бедный и неизвестный гений, французского не знавший совсем, а по-русски изъяснявшийся с трудом, так как в своем родном Лиозно общался на идиш, был принят только в одной семье – Роберта и Сони Делоне, работы которой тоже представлены в экспозиции. Шагалу категорически не нравилось творчество его гостеприимных хозяев, однако именно там, в Париже, в лоне этой семьи начался самый плодотворный период его деятельности.

    Другая история – о Хаиме Сутине, которого Вячеслав Кантор назвал отцом послевоенного экспрессионизма, с горечью отметив, что творчество этого художника до сих пор не получило достойной оценки. Известно, что Хаим Сутин умер в 1943 году в Париже. Но где он похоронен? Этот вопрос не давал покоя Вячеславу Кантору в течение многих лет. И вот не так давно он нашел место захоронения Сутина  – на кладбище Монпарнасс есть могила без имени, лишь с датами рождения и смерти и с крестом. Почему так? По мнению г-на Кантора, таким образом друзья Сутина, а на его похоронах был и Пикассо, хотели оградить могилу Хаима Сутина от возможного осквернения нацистами.  

    Среди вопросов, заданных коллегами-журналистами в ходе пресс-конференции, прозвучал один, который возникает практически у всех, кто узнает о проведении этой выставки: почему во Дворце Наций? Те, кто бывал в Женеве, знают, что здание ООН расположено не в центре города, вне «галерейно-музейного» квартала, да и посетителей там не очень жалуют – надо иметь пропуск и т.д. и т.п. 

    Однако Вячеслава Кантора эти формальные сложности не смущают, для него главное, что женевское здание ООН это символ толерантности и диалога, что полностью соответствует основной идеологической линии музея.

    В ходе пресс-конференции нельзя было не заметить, что г-н Кантор обладает чувством юмора. На вопрос, поддерживает ли он молодых художников, он ответил, что «всегда этим занимался, покупая молодого Шагала, молодого Сутина…»

    Понятно, что «Нашу газету» как издание, чья редакция находится в Женеве, интересовало, будет ли представлена коллекция в городе. Мы попросили г-на Кантора подтвердить или опровергнуть информацию, напечатанную некоторое время назад в Tribune de Geneve о том, что он собирается создать музей в женевском квартале Колоньи, где расположена одна из его резиденций. Вот что он ответил:
    - Московский Музей искусства авангарда задумывался как путешествующий музей, ведь его цель в том и состоит, чтобы приобщить как можно больше людей в разных странах к идеям толерантности и примирения. Но правда и то, что мы планируем показать коллекцию в Женеве, которую я очень люблю.

    Все, и никаких подробностей. Не смог сказать нам, куда отправится выставка из Женевы и ее куратор Алексей Толстой, член-корреспондент Российской Академии художеств и ведущий исследователь русской художественной эмиграции. Так что нам остается надеяться, что проект показа коллекции в Женеве осуществится в не слишком отдаленном будущем, а вам – следить за нашими публикациями, чтобы не пропустить этот исторический момент.

    Оригинал – «Наша газета» (Щвейцария)

    Вячеслав Кантор победил на выборах во Всемирный еврейский конгресс

    Гражданин России впервые возглавил один из ключевых постов в международной организации, объединяющей еврейские общины 90 стран

    На 14-ой генассамблее Всемирного еврейского конгресса (ВЕК), проходящей в Будапеште, были проведены выборы руководящего состава организации. Председателем Политического совета ВЕК был избран президент Европейского Еврейского конгресса, россиянин Вячеслав Кантор.

    Его оппонент, глава Российского еврейского конгресса Юрий Каннер назначен вице-президентом ВЕК. На очередной срок был переизбран президент ВЕК, представитель известной семьи косметических магнатов из США и крупнейший коллекционер живописи Рональд Лаудер.

    Ранее в СМИ появлялись сообщения о том, что на пост президента ВЕК претендовал президент Европейского еврейского конгресса Вячеслав Кантор, кандидатура которого могла составить серьезную конкуренцию Рональду Лаудеру.

    В декабре прошлого года эта организация могла выйти из состава ВЕК. Президент еврейской общины Вены Оскар Дейч обвинил Лаудера в попытке подкупа членов совета директоров общины, чтобы они проголосовали за его конкурента на выборах. Лаудер категорически отрицал предъявленные обвинения, но в еврейской общине Вены утверждали, что он предлагал за голосование 4,5 миллиона евро в виде взносов на благотворительные нужды.

    Рон Лаудер также стал членом бюро Российского еврейского конгресса и принял решение аккумулировать в структурах РЕК все средства, которые он расходует на благотворительные и образовательные цели в России. В частности, его первый взнос в качестве члена Бюро конгресса составил более полумиллиона долларов. Стоит отметить, что в состав Бюро РЕК входят одни из самых богатых людей в России. По некоторым данным, решение Лаудера было продиктовано необходимостью заручиться поддержкой 2/3 голосов делегатов, а не простым большинством голосов. Это одно из основных положений конституции ВЕК. По этой причине президенту ВЕК были нужны голоса представителей еврейский организаций России, Австрии и других стран Европы. В России Лаудер сделал ставку на главу РЕК Юрия Каннера.

    Кандидатура последнего, кстати, вызвала немало вопросов у еврейской общественности, в частности относительно способов ведения бизнеса. Юрий Каннер является соучредителем 17 компаний, работающих в разных секторах экономики, и некоторые из его предприятий сейчас проходят проверку прокуратуры. Например, ЗАО «Парус», строящий свинокомплекс на 50 тыс. голов в Нижнетавдинском районе Тюменской области. В связи с этим между ВЕК и ЕЕК, главой которого является Вячеслав Кантор, возникло недопонимание, которое было разрешено в итоге переговоров. Теперь на новом посту главы Политического совета ВЕК Вячеслав Кантор рассчитывает наладить работу Всемирного Еврейского конгресса так же эффективно, как это уже было сделано в Европейском еврейском конгрессе.

    Европейский Еврейский конгресс – международная неправительственная организация, представляющая интересы европейского еврейства, проживающего в 42 странах. Конгресс был учрежден в 1986 году, штаб-квартира расположена в Париже. Вячеслав Кантор возглавляет конгресс с июня 2007 года.

    Оригинал - АиФ

    Санкции к нарушителям мирной ядерной энергетики должны быть жесткими

    "Необходимо ограничивать право государства на полный ядерный топливный цикл, когда неядерные страны якобы в интересах развития атомной энергетики переходят к незаконному развитию оружейных технологий", — отметил Кантор.

    Международные санкции в отношении государств, нарушающих рамки мирной ядерной энергетики, должны быть жесткими, заявил на открытии двухдневной конференции в швейцарском Монтрё президент Международного Люксембургского форума по предотвращению ядерной катастрофы Вячеслав Кантор. В работе форума принимают участие более 20 ведущих мировых экспертов по ядерной безопасности, в том числе руководитель Центра международной безопасности ИМЭМО Алексей Арбатов, профессор Университета штата Мэриленд (США) Роальд Сагдеев, директор Женевского центра политики безопасности Фред Таннер, представитель Международного института стратегических исследований в Лондоне Марк Фитцпатрик, бывший главнокомандующий Ракетными войсками стратегического назначения РФ Владимир Яковлев.

    "Необходимо ограничивать право государства на полный ядерный топливный цикл, когда неядерные страны якобы в интересах развития атомной энергетики переходят к незаконному развитию оружейных технологий", — отметил Кантор.

    По его словам, ограничения должны быть оформлены более жесткими решениями, чем соответствующие резолюции Совбеза ООН, которые, как полагает Кантор, малоэффективны. Глава Люксембургского форума напомнил, что имеется опыт Северной Кореи, которая "давно перешла красную черту", и Ирана, который "уже балансирует, пританцовывает на этой черте".

    К признакам выхода страны за пределы мирной ядерной энергетики, по мнению Кантора, "может относиться ничем не обоснованное обогащение урана до 3,5% для малого числа АЭС и до 20% для исследовательских реакторов, деятельность незадекларированных объектов ядерной инфраструктуры, заглубление этих объектов, а также наличие и развитие ракетных и авиационных средств доставки ядерного оружия".

    Международный Люксембургский форум по предотвращению ядерной катастрофы создан в 2007 году в Люксембурге. Он является одной из наиболее представительных неправительственных организаций, объединяющих ведущих экспертов в области нераспространения ядерного оружия.

    Оригинал - РИА Новости 

    Вячеслав Моше Кантор: «Совет ООН по правам человека это «театр абсурда»

    Президент Европейского еврейского конгресса резко отреагировал на доклад комиссии ООН по расследованию обстоятельств операции ЦАХАЛ «Несокрушимая скала» в секторе Газы

    Комментируя обнародованный накануне доклад в Совете ООН по правам человека, президент Европейского еврейского конгресса (ЕЕК) Вячеслав Моше Кантор призвал страны ЕС отклонить и не принимать во внимание отчет комиссии Совета ООН по правам человека.

    «Эту комиссию поддержали и одобрили большинство тех стран мира, которые являются серийными нарушителями прав человека, а руководство её передали лицу, у которого в прошлом имелась финансовая заинтересованность в этом конфликте. При этом [организация] оказалась неспособной назначить ни одного военного эксперта для проведения расследования», – заявил Вячеслав Кантор. – Этот отчёт является предвзятым, несостоятельным и лишённым какой-либо достоверности», – добавил он.

    В состав комиссии СПЧ ООН, подготовившей скандальный документ по расследованию операции ЦАХАЛ, вошли 11 персон, в прошлом занимавших высокопоставленные военные и политические должности в разных странах. Среди них бывшие начальники штабов немецких, итальянских и испанских вооружённых сил и бывший командующий британскими войсками в Афганистане.

    – Европейским правительствам не мешало бы прислушаться к опыту собственных военачальников и полностью игнорировать тот «театр абсурда», которым является Совет по правам человека ООН, – добавил Моше Кантор. По его мнению, СПЧ ООН эффективно контролируется странами, желающими держать своих демократических оппонентов подальше от активной политической повестки. «Любое принятие неодобрения действий Израиля может серьёзным образом навредить попыткам демократических наций бороться против растущей террористической угрозы», – резюмировал президент Европейского еврейского конгресса.

    Как сообщает Интерфакс со ссылкой на 9-й канал (Израиль), бывший министр иностранных дел Израиля и глава консервативной партии "Наш дом – Израиль" Авигдор Либерман обратился во вторник к руководству страны с призывом покинуть Совет ООН по правам человека (СПЧ). Этот призыв был также вызван публикацией доклада СПЧ ООН, который обвинил обе стороны конфликта – и израильтян, и палестинцев – в возможном совершении военных преступлений. Накануне глава правительства Израиля Биньямин Нетаньяху также назвал "предвзятым" доклад комиссии, назначенной СПЧ для анализа событий в Газена предмет совершения возможных военных преступлений.

    Напомним, на посту президента Европейского еврейского конгресса Вячеслав Моше Кантор продвигает идеи "безопасной толерантности", предполагающие более жесткие меры в борьбе с религиозным экстремизмом и антисемитизмом. В частности, общественный деятель выступает за усиление сотрудничества стран ЕС в сферах обмена оперативными и секретными данными спецслужб, полиции и законодательства. Террористы, по мнению Моше Кантора, «видят европейскую демократию в качестве своего главного врага, а евреи были и остаются в фарватере этой борьбы».

    Оригинал – «Комсомольская правда»

    Дом Кантора. Как известный бизнесмен построил психоневрологический интернат

    В Новгородской области вступил в строй корпус психоневрологического интерната, целиком построенный на деньги одного человека. Сто миллионов на новый дом для тех, кто выжил после унесшего 37 жизней пожара в сентябре 2013 года, выделил бизнесмен и филантроп Вячеслав Кантор. Следующий ход — за государством.

    У поклонного креста в деревне Лука Маловишерского района — тишина. Снег по колено, с расчищенной тропинки в тридцати-сорока шагах можно разглядеть разве что венок, оставленный в годовщину трагедии 12 сентября. Всю композицию можно уместить едва ли не в один кадр. Крест — на месте сгоревшего деревянного корпуса психоневрологического интерната «Оксочи», в котором полтора года назад погибли 37 человек. Пожарная рельса-рында — у тропинки. А чуть выше — дом семьи санитарки Юлии Ануфриевой, которая погибла, спасая «клиентов» (так в интернате называют подопечных). Юлия посмертно награждена орденом Мужества, ее семья получила квартиру в городе и здесь бывает нечасто. Жизни здесь теперь вообще немного, особенно зимой.

    «Занос огня», — говорят новгородские следователи, если спросить их о причине пожара. Эта формулировка исключает поджог и другие злоумышления, но оставляет открытым вопрос, как именно огонь был занесен внутрь. С «клиентов» «Оксочей» и других подобных мест, где ночью запросто может загореться, к примеру, подушка, спроса, естественно, нет. Спросили с дирекции сгоревшего заведения, до трагедии исправно рассылавшей письма о невозможности продолжать работу именно по причинам пожарной небезопасности старого неприспособленного здания.

    На минувшей неделе суд в Новгороде расставил предварительные акценты в деле о трагедии. Бывший директор интерната Магомедов приговорен к пяти с половиной годам общего режима, инженер по охране труда Куликов — к четырем годам поселения. Апелляция уже подана. Защита и доброжелатели осужденных не снимают с них вины за происшедшее, но рассчитывают, по собственным словам, «либо на здравый смысл, либо на амнистию ко Дню Победы».

    Сюжет о приговоре прошел по федеральным каналам. Вспомнили там и о двух десятках пожаров в отдаленных интернатах и домах престарелых за последние десять лет. В очередной раз привели печальную статистику: в апреле того же 2013 года в Подмосковье погибли 32 человека; Тульская область, ноябрь 2007-го — 34 сгоревших; март 2007-го — 63 погибших в Краснодарском крае, а в декабре 2006 года и в самой Москве пожар унес жизни 46 пациентов и врачей наркологической больницы.

    Не сказали только об одном: что для выживших клиентов интерната «Оксочи» и других пациентов построен новый корпус. Современный, большой, на 80 человек. И что сделано это не на государственные, а целиком на частные деньги, начиная от разработки проекта. На деньги Вячеслава Моше Кантора, бизнесмена и благотворителя. На северо-западе страны даже новый проект для интернатов — первый случай. А стройка подобного государственного учреждения целиком на спонсорские средства — кажется, вообще беспрецедентна.

    Строить решили в несколько десятках километрах от Луки. В Подгорном до 2010-го был даже не интернат — натуральная психиатрическая больница закрытого типа. К концу 2013-го оказалось, что местные жители основательно потрудились над заброшенными зданиями — так что временные корпуса интерната, нижний и верхний, строили практически вновь. Планы более масштабной стройки были, но не было денег, а трагедия подхлестнула: результат — две небольшие постройки, где собраны «клиенты» из сгоревшего корпуса и их товарищи по диагнозам из других мест.

    Аврал по следам трагедии не отменяет старых проблем: на койки в подобных заведениях — очередь почти в пятьдесят человек. Много это или мало? В стационарных учреждениях социальной защиты (они же интернаты) Новгородской области сейчас находятся более 2700 человек, 1500 из них — психоневрологические пациенты. Разнообразных интернатских корпусов в регионе — под пятьдесят, треть — деревянные. Некоторые — девятнадцатого века, как и сгоревшая двухэтажная усадьба в Луке. Нечто подобное есть и в Подгорном: усадьба помещика Малышева находится шагах в двадцати от нынешнего психоневрологического хозяйства. Когда-то клуб, потом больничный корпус, ныне заколоченный склад для всего — нынешняя жизнь дома, который два лета подряд, в 1911 и 1912 годах, снимали под дачу Дмитрий Мережковский и Зинаида Гиппиус.

    Нельзя сказать, что область не делала для пациентов и их опекунов ничего. Чиновникам недавно удалось вписаться в федеральную целевую программу по модернизации интернатов. Но деньги — «если не секвестр», опасаются здесь — поступят только в нынешнем году, на них построят другие постоянные корпуса в Подгорном. А ста миллионов рублей на первый из них — необходимый, прежде всего для выживших после пожара, — просто не было.

    Собственно тогда в этой истории и возник Вячеслав Кантор. Почему именно он? Его бизнес — производство удобрений, строительство — расположен в регионе и дает немалую долю доходов в областную казну, как не откликнуться на трагедию. С самим Вячеславом Кантором «Ленте.ру» поговорить пока не удалось. Известно только, что он просто пришел в конце 2013 года в интернат и дал денег на новый корпус. Сто миллионов рублей.

    «Нагрузка для рабочих была колоссальнейшая. Никто не думал, что за такой короткий период построят нормальный двухэтажный корпус», — говорит директор интерната «Оксочи» Николай Иванов, бывший офицер с первой чеченской в послужном списке. В его ведении двести пациентов, восемьдесят из которых и переселяются в «дом Кантора». На первом этаже — лежачие. Палаты — на две койки, удобства, причем специализированные, у каждой комнаты свои. То есть не общие и не во дворе. На втором — те, кто более-менее способен поддерживать себя, комфорт тот же. Холлы с телевизорами, собственные столовые — не надо, опять же, выходить на улицу. «Для молодежи и среднего возраста, — обещает Иванов (а возраст здесь от 18 до 81), — куплю компьютеры, тут есть способные, настоящие гении».

    За окном «дома Кантора» — река Мста, красивая Россия с открытки. «У государства нет средств, чтобы провести модернизацию психоневрологических интернатов в стране», — признает очевидное Галина Матвеева, уполномоченный по правам человека в Новгородской области. Она перечисляет ремонты, которые удалось сделать на местные и федеральные деньги: «Добывалово», «Приозерный», дом-интернат Ушинского, Деревяницы. «Но "Оксочи" — это наше больное место, — продолжает омбудсмен. — И мы очень благодарны Вячеславу Моше Кантору за спонсорскую помощь».

    Сейчас осталось завезти служебные лифты и наладить до конца оборудование. По сравнению со стройкой, а до того — с заказом плана корпуса («Сделали в Новгороде, и сделали хорошо», — говорит Иванов) и особенно с его утверждением по инстанциям («Дело новое, на меня смотрят сочувственно: не выберешься же. Выбрались») — почти ничто, утверждают в Подгорном. Чертежи «дома Кантора», по словам главы департамента труда и социальной защиты населения Александра Алисиевича, «мы направили в Москву в Минтруд, чтобы другие субъекты Федерации могли их использовать для строительства подобных интернатов».

    Три кота шляются по территории — от корпуса к корпусу, от «клиента» к «клиенту», к их радости и к возрастающим претензиям от санинспекции. Директор Иванов уже заплатил десять тысяч штрафа и теперь думает, что делать с терапевтически полезными животными. Предложение санинспекции — «усыпить» — не рассматривается. Раздать на ПМЖ соседям — жителям Подгорного? Их главный вопрос, по словам сотрудников интерната, — это «когда вы вновь поставите забор?» Хотя психоневрологический интернат — не соответствующая больница, строгости в содержании не предусматривает. Николай Иванов, когда есть возможность, возит наиболее вменяемых и мобильных подопечных в Питер и Новгород: «Кино, например, посмотреть семейное. Рады очень. Правда, потом быстро забывают, что видели, — такая особенность».

    Еще одна особенность в том, что «Оксочи» и другие подобные учреждения давно и последовательно идут наперекор кризису. Везде сокращения, а здесь нехватка людей. Найти квалифицированный персонал в отдаленных деревнях — по традиции, психоневрологические заведения расположены именно там — задача из маловыполнимых. «По крайней мере, благодаря Вячеславу Кантору мы уже обеспечили людям достойное проживание, — отмечает Галина Матвеева. — Пример помощи частного лица такому учреждению — повод к обсуждению проблемы жизни инвалидов в обществе. Нужно объяснять здоровым людям, что мы все равны, создавать безбарьерную среду». В планах Николая Иванова — развить подсобное хозяйство, «чтобы многое было свое», и организовать катания на катере по реке Мста, благо пристань смастерить несложно.

    Удастся ли области получить почти полмиллиарда рублей и завершить начатое Вячеславом Кантором — построить еще два корпуса интерната, отдельную котельную, клуб — выяснится в ближайшем будущем. Пока же директор Иванов показывает «то, что сейчас, наверное, самое главное» — расположенный в нескольких шагах от «дома Кантора» гараж с двумя пожарными машинами и два закопанных в землю резервуара с водой: «Видите, Мста подо льдом? А у нас все есть». Пожарные, расквартированные в психоневрологическом интернате, ждут третью машину — чтобы надежнее охранять «клиентов», старые и новые дома, а также пятьдесят окрестных деревень. То есть, главное — здесь больше никто не сгорит.

    Оригинал – Lenta.ru

    «Я очень любил брать высокий риск, но только не криминальный»

    Чем он рисковал, когда участвовал в приватизации «Акрона», зачем пошел на этот риск, почему уехал из России и зачем тратит часть состояния на благотворительность, объясняет Вячеслав Кантор

    Я придумал название для интервью – «Не газом единым» – так начинает беседу со мной Вячеслав Кантор, энергично заходя на террасу ресторана в маленьком курортном городке на Сардинии. И объясняет: «Каждая страна – это копилка человеческого потенциала». Он приводит в пример свою коллекцию МАГМА (Музей искусства авангарда), в которую собирает картины русских художников еврейского происхождения, оказавших влияние на мировое искусство.

    «Я родился в России и считаю себя русским евреем. Я 20 лет прожил в Швейцарии, несколько лет живу в Англии, но мое мироощущение не меняется от этого», – говорит Кантор о себе. Он эмигрировал из России в 1993 г., долго жил в Швейцарии, теперь большую часть времени проводит в Лондоне, а во время школьных каникул живет с семьей на Сардинии. «В Англии сейчас каникулы, поэтому мы здесь. Дети весь день на свежем воздухе. А летом все родственники, друзья приезжают. У нас заезды как в пионерском лагере. Нам хорошо здесь», – рассказывает бизнесмен. Старший сын Кантора Владимир работает в его компании «Акрон». В первом за многие годы интервью Кантор рассказал, почему рискнул поучаствовать в приватизации «Акрона», не имея никаких связей, и почему не оставит все состояние детям.

    – Если бы сейчас вы были юным научным сотрудником МАИ в России нынешней, вы бы решились начать свой бизнес?

    – Вот этот вопрос мне постоянно задает моя жена. Только по-другому: «Был бы у тебя шанс пробиться?» Думаю, что нет.

    – Почему?

    – Вы знаете, это связано со мной лично. В то время, когда мы сделали большие успехи в бизнесе – а я начинал бизнес в 1988 г., – мы увеличивали товарооборот нашей компании каждый год в 100 раз. Почему нам удавалось это делать? Я очень любил брать высокий риск, но только не криминальный. Этим я отличался от многих своих коллег: я никогда не брал то, что нельзя брать по закону. И даже несмотря на то, что очень многое было можно, я себя ограничивал. Потому что надо мной довлел страх, что все вернется. Но мне некуда было отступать, мне нечего было терять. Поэтому я принимал высокие риски и мы очень быстро развивались.

    – А от криминала какая у вас защита была?

    – С криминалом это был, конечно, тяжелый момент. Я помню: мы занимали в стареньком трехэтажном доме на Пречистенке, который до сих пор нам принадлежит, два верхних этажа. А первый этаж принадлежал грузинской мафии. Всего было 200 м. Эти мафиози каждую ночь пробивали нам стену, чтобы занять наше помещение. А мы утром снова закладывали кирпичами дыру. Так продолжалось, пока я не вспомнил, что занимался спортом на Большой спортивной арене в Лужниках с одним уважаемым человеком грузинского происхождения. Я позвонил ему и сказал: «Ты не хочешь прийти ко мне пообедать в офис?» Он пришел ко мне в офис – и все проблемы закончились. Но после этого я решил, что время бессистемной работы – каждый раз придумывать, ходить на стрелки с этими бандитами – прошло, и мы создали службу безопасности. И мы до сих пор серьезно занимаемся нашей службой безопасности. Она следит за тем, чтобы не было внутреннего воровства и внешних посягательств.

    – Почему решили поучаствовать в приватизации «Акрона»?

    – Это был один из первых всероссийских чековых аукционов. Я почувствовал, что это мой момент. День и ночь шли вычисления: этот риск оправдан или нет. И я решил, что этот риск оправдан: я вложил три четверти всего, что у меня было за душой (я не брал взаймы), – то, что я заработал по крохам на других бизнесах. Купил несколько сотен килограммов ваучеров и вложил в акции «Акрона».

    – Чтобы попасть на аукцион, необходимо было иметь знакомства в правительстве? – Нужно было иметь информацию. Нам повезло. Мы были хорошо знакомы с предприятием. Оно называлось «Акрон», расшифровывалось: «Азотная компания Россия Новгород». Мы имели контракты с этой компанией, знали ее слегка изнутри. Неглубоко: мы не знали трейдинг, производственный процесс, но экономический сектор компании ценил нас как консультантов. Сначала мы получили контракт на экологический мониторинг. Потом они нам дали контракт на подготовку юридической и правовой базы для приватизации «Акрона». Но не для массовой приватизации, как потом была для всех. Это было за год до указов Ельцина – менеджмент хотел приватизировать завод в свою пользу, но [они] не знали, как к этому подступиться. Мы знали желание хапнуть контрольный пакет, попилить его втихую, не поделившись с работниками. В этом была их ошибка. И я это понял: 51% – как было потом в законе – должно уйти трудовому коллективу, не надо его обманывать. Все равно боком выйдет. А они хотели втихую приватизировать, даже и от нас все это скрыть. Собственно говоря, мотивирующим фактором (я же говорю, что много личного, вообще, в жизни ничего, кроме личного, нет) стало то, что они от меня скрыли факт приватизации. Я помню, с семьей уехал отдыхать в Эйлат. Вдруг мне звонит моя секретарь и говорит: вышла газета, и на какое-то число назначается аукцион по продаже 49% акций «Акрона». Я говорю: «А почему это тайна такая?» Она говорит: «Не знаю». И я так обиделся и подумал: «А не наказать ли их за это? Почему мы не принимаем участие?» И стал примерять к себе. Нужно было оценить конкуренцию. Это был специализированный чековый аукцион, на котором выиграть было очень сложно. Я не знал ни губернатора [Михаила] Прусака, ни чиновников областной администрации. Вот что нам помогло. На завод претендовали [Борис] Бирштейн и «Сиабеко», его лоббировало Министерство минеральных удобрений, потому что «Сиабеко» была под патронажем семьи [Юрия] Андропова (недавно почившего в бозе Генерального секретаря ЦК КПСС), само министерство в каком-то лице, норвежская Norsk Hydro (в то время кроме металлов производила удобрения. – «Ведомости») и менеджмент. Но на чековом аукционе побеждает тот, кто побогаче. А если пришло два или три равных претендента, то выигравшего вообще нет. Поэтому главное было в том, что придут или нет. И исход мне приснился: что все четыре группы не придут с большими пакетами. Менеджмент не придет, потому что как им трудовому коллективу показать, что они взяли на несколько миллионов долларов кредит, купили чеки, а не предоставили кредит всему коллективу? Norsk Hydro – большая бюрократическая компания и едва ли сможет провести через совет директоров решение о покупке резаной бумаги под названием «ваучеры», чтобы поучаствовать в приватизации. А надо было на $2–4 млн купить ваучеров и только взять контрольный пакет. Министерство и «Сиабеко» были накрыты скандалом с [Александром] Руцким, который тряс чемоданами с компроматом. Я мысленно себе представил, что в такой ситуации они примут решение, что они хапают контрольный пакет, – [такое] невозможно. И я сказал себе: «O’кей. Вперед с песнями». Оставались детали: как приехать в «Акрон», не засветившись? Риск был такой: если бы я приехал открыто – поездом из Петербурга или прилетел в аэропорт, который тогда работал, меня бы соглядатаи вычислили. Автомобильная дорога тоже не подходила, потому что менеджмент договорился кое с кем, чтобы они смотрели за дорогой. И в голову пришла фантастическая идея: я вспомнил, что у меня несколькими этажами выше живет сосед-летчик. Я к нему и говорю: надо будет отвезти меня и эти чеки – несколько сотен килограммов – в Новгород. Но надо втихаря взлететь и прилететь куда-нибудь поближе, на какой-нибудь военный аэропорт. Там есть аэропорт – Кречевицы. В итоге грузовой самолет меня доставил на место. Надо было зайти за 10 минут до закрытия, когда все отстрелялись. Мы там специально держали одного человека, которого местные не знали. И когда все уже депонировали свои деньги и стали тянуться к выходу, я зашел. Я встретился в дверях с менеджментом.

    Вот так был куплен 30%-ный пакет. А дальше мы просто докупали [акции]. Нам надо было провести абсолютно законное первое собрание, правильное. В итоге [был принят] первый устав, собрание продолжалось 26 часов – я был выносливее, чем работники предприятия. Тогда сил было ровно столько, сколько нужно. Там была оппозиция против нас, но у нас был самый большой пакет. И я думаю, они убедились, что приняли правильное решение, поддержав нас как эффективного собственника. У них было в сумме больше акций, но они поддержали именно меня и дали право формировать совет директоров и больше никогда не пожалели об этом. Я не хвастаюсь, это норма: ни разу они не знали, что такое невыплата зарплаты, что такое отсутствие соцобеспечения. У нас самая высокая зарплата в области. Я считаю: вот это по-еврейски. Так, чтобы люди были довольны.

    – Сейчас бы вы такой риск не взяли, если бы были молоды?

    – А разве в истории есть сослагательное наклонение? Но, вообще, на самом деле в приватизации того времени была большая ошибка со стороны участников. Тогда была уникальная возможность выстроить целую отрасль за доступные деньги. А мы выстраивали не отрасль, а отдельно взятое хорошее предприятие. Дело не в том, что денег не было. Деньги были. Все знают, как государственные деньги концентрировались в частных руках, и многие этим воспользовались. Но нельзя никогда спекулировать монопольным правом, нагибая остальную страну. И те, кто это делал, поплатились за это. А вся отрасль страдала. Это сейчас в антимонопольной практике пытаются что-то делать, а раньше это было очень по-пацански – нагнуть всех из-за того, что у тебя один погонный метр железной дороги или уникальное сырье.

    – Теперь так делает государство.

    – Понимаете ли, в чем дело: у государства есть такое право, потому что государство избирает народ. И народ потом спросит с них на следующих выборах. У частного бизнеса такого права нет. И за границей, особенно на Западе, слово «монополист» имеет ругательный оттенок, криминальный. У нас это еще не так. Но лучше, чем было.

    «Не газом единым»

    – Вы предложили назвать интервью «Не газом единым». Почему? Что вы имеете в виду?

    – Правильнее относиться было бы к каждой стране, в том числе и к России, как к копилке человеческого потенциала. Исторический опыт показывает, что страны даже без минеральных ресурсов, такие как Норвегия, которая до середины прошлого века была безресурсной страной, или Израиль, где, кроме калия, ничего нет, даже воды толком нет, могут быть успешными. Например, Израиль по хайтековским стартапам вторая страна в мире после США. И поэтому, когда мы говорим о коллекции МАГМА (Музей искусства авангарда, Кантор – президент музея. – «Ведомости»), то мы прежде всего подчеркиваем, какое влияние русские художники, в данном случае евреи, оказали на мировое искусство. Вот о чем идет речь. Модильяни, умирая, сказал: никто из вас не может плакать над моей кроватью, потому что остается художник более великий, чем я, – Хаим Сутин. Эти слова уже на похоронах Сутина повторил Пабло Пикассо. Сутин – жертва холокоста, он умер из-за того, что в Париже во время оккупации ему не оказали вовремя медицинскую помощь. Есть целая плеяда русских художников, скульпторов, получивших не только европейское, но и мировое признание: Антуан Певзнер, художница из Одессы Соня Делоне, скульптор Наум Габо. Самое ценное – это человеческий ресурс, который у России всегда был. Удивительно, что, несмотря на зияющие потери ХХ в., российская креативность продолжает воспроизводиться. В том числе и в предпринимательстве. Вот говорят: коммерческая жилка. А ведь 25 лет назад ее даже некуда было приложить, разве что на криминальные какие-то дела. Я не хочу сказать, что только бизнесмены составляют интеллектуальный ресурс современной России, есть и много блестящих ученых, экспертов мирового уровня. Среди правительственных чиновников немало очень талантливых, которые успешно работают. Например, в нашей отрасли есть министр [промышленности и торговли Денис] Мантуров, очень талантливый молодой министр. И таких большинство в правительстве. И надо отдать должное президенту России, который дает ход этим людям, который высматривает их и делает такие назначения. Я считаю, что это положительный момент.

    – То, что вы сейчас говорите, прямо противоположно сложившемуся суждению: что правительство не справляется со своими задачами, инвестиционный климат ужасен...

    – Евреи всегда хвалят правительство. Это же один из принципов выживания. (Смеется.) И это очень глубокий принцип, если серьезно говорить. Он записан в Талмуде и называется: закон страны – закон. Отношение еврейского народа с окружающим миром включает в себя отношение народа с Богом и отношение с соседями и чиновниками. И во втором случае абсолютно доминируют законы страны. Я говорю это абсолютно искренне. Смотрите: много критиков сейчас есть, которые говорят, что все плохо. Я к ним не отношусь. Мне есть с чем сравнивать. Я прекрасно помню, как все было: что было до прихода [Михаила] Горбачева, во времена Горбачева, что – после прихода [Бориса] Ельцина и после прихода Путина. Если все это сравнивать, то я вижу преимущества последних 15 лет. В 1999 г. его назначили наследником престола. Это было 20 августа 1999 г. Он меня тогда поразил: он приехал в «Акрон» в Великий Новгород. Поразило меня это тем, что этот визит был в планах его предшественника – [Сергея] Степашина. Представьте себе: высший чиновник не меняет планы предшественника. Я спросил почему. И он ответил: «Меня же народ ждет, там же они подготовились». Это меня поразило. Это человек определенных ценностей. И я в нем не обманулся.

    – Но тем не менее: стагнация экономики, коррупция, плохой инвестклимат – все это приводит к тому, что сейчас люди, например, моего поколения с коммерческой жилкой предпочитают уезжать и делать бизнес где-то за пределами России.

    – То, что у людей вашего поколения есть право уехать и жить там, где хочется, – это завоевание режима. А второе – вот уедут они, поживут там, где нас не ждут – в Англиях, Америках, – и оттуда, с другой платформы, начнут сравнивать потенциальные возможности развития. Например, я уехал из России в Израиль в 1993 г., официально эмигрировал. И я, пожив в Израиле, Швейцарии, понял, что мне комфортнее работать и продолжать жить в России. У меня старшие дети выросли в России, младшие – за границей. Я их воспитывал в одних и тех же традициях. Они все говорят на русском. Сын вернулся и работает на высокой позиции в компании. Я вам одну такую вещь скажу: мы евреями являемся только в России, во всем остальном мире мы русские, и мы никогда этого не изменим.

    «Мы просто развиваемся»

    – У «Акрона» есть свое сырье, вы больше не зависите от монополиста «Апатита»...

    – У нас есть только один вид сырья. Мы все еще зависим от газа и калия, которого у нас пока нет. Но с калийщиками всегда удавалось находить общий язык. Я считаю, что мы сыграли огромную роль в демонополизации отрасли [по производству удобрений]. Не только из-за того, что мы судились с монополистом 20 лет. А благодаря тому, что плюнули на него и построили свое производство. И уже сегодня, хотя мы работаем только в половину мощности, мы уже не только себя обеспечиваем, но и поставляем покупателям в России, даже пробуем продавать на экспорт. Все продается. Уже Северо-Западная фосфорная компания (СЗФК, «дочка» «Акрона», производит апатитовый концентрат. – «Ведомости») выходит на прибыль. Я считаю, что мои заслуги перед страной не меньше, чем у Сергея Мироновича Кирова. Он построил «Апатит», а Кантор построил второй «Апатит». Я надеюсь только, что не кончу так, как Сергей Миронович. (Смеется.)

    – У всех других бизнесменов в вашей отрасли все меняется: они продают, покупают. Дмитрий Мазепин вот стал совладельцем «Уралкалия». А вы все сидите с «Акроном». Почему?

    – Мы просто развиваемся, не скучно нам.

    – То есть у вас стратегия не экстенсивного, а интенсивного роста?

    – У нас разные есть стратегии. Надо делать то, что лучше всего получается, к чему есть какие-то основания. Сейчас инвестиционный цикл закончим, нарастим мощности по апатиту и аммиаку, следующим этапом будет калий. И, имея избыток ресурсов, можно будет думать и об экстенсивном развитии. Например, покупать готовые предприятия. Но нельзя и то и другое [делать] – можно штаны порвать.

    Почему история «Акрона» очень интересна: в отрасли мы во многом были пионерами. Когда мы пришли на предприятие, у отрасли была отбита привычка что-то грузить на российский рынок. Мы возродили проектирование аммиачных установок. При строительстве своей установки в работе участвовали наш и украинский институты. До этого 40 лет не строились такие установки у нас. Мы должны заботиться, я говорю это без иронии, о стране, в которой находимся. Потому что если мы этого не сделаем, она тогда о нас позаботится. Мы должны быть лояльными к той земле, на которой мы зарабатываем деньги. А с нас особый спрос, потому что мы зарабатываем больше других. Я вырос в коммунистической среде. Для меня понятие «народ спросит» – совсем не абстрактное, как для многих моих коллег, которые меня на 10–20 лет моложе. Я знаю, чем может кончаться безудержная жажда наживы. И если ты не создаешь нормальную атмосферу вокруг себя, с тебя не спрашивают за всю страну, то это плачевно может кончиться для твоего же бизнеса. Много вы знаете компаний, которые на зеленой площадке построили такие ГОКи, как СЗФК? Никто не верил, что это возможно. Верили только Мантуров и я. И он, будучи председателем совета директоров «Апатита», всячески поддерживал проект. И при этом «Апатит» боролся с нами, как мог. Вот что такое правильно ощущать себя российским бизнесменом: все время жить с оглядкой, что ты живешь не в среде, где только надо брать, – надо и давать. Это тоже в нашей, кстати, традиции. Каждое утро религиозный еврей начинает с того, что балансирует свое желание взять и дать. Это называется тфилин. Я очень горд тем, что почти 10 лет избираюсь главным дежурным по еврейской Европе, поэтому то, где я беру деньги на еврейскую благотворительность, для меня немаловажно. Я не могу быть там, где ко мне претензии. Претензии могут быть, но они должны быть обоснованны. У нас были случаи, когда с подачи наших конкурентов [у нас] годами сидели проверяющие. А результат какой? Ноль. Потому что внутренняя аудиторская служба всегда была у нас круче любых налоговых органов. И им от меня задание идет такое: ни копейки лишней, они отвечают передо мной и знают, что спрошу я с них строже, чем любые налоговики, если что-то не так будет.

    Часть состояния – на благотворительность

    – Какова справедливая стоимость «Акрона»? Когда-то его оценивали для IPO в $6 млрд, а сейчас он стоит около $2 млрд.

    – Слово «оценка» – неправильное. Это стоимость 100% акций. Когда ты оцениваешь 100% акций, ты оцениваешь 100% акций. Когда ты покупаешь контрольный пакет, ты покупаешь бизнес. Поэтому бизнес, который генерирует за три года стоимость, – это недооцененный бизнес. Это вопрос вкуса. Например, я знаком с Шелдоном Адельсоном, основателем Las Vegas Sands. Эта компания приносит ему одно из самых больших состояний в мире. Мультипликатор компании – 100. А я не считаю, что «Акрон» – менее надежный бизнес, у нас [мультипликатор] – 3,5. Просто в 2008 г. оптимизм инвесторов был гораздо более благожелателен к российским предприятиям. Но все эти факторы цикличны. Придет время, будут другие мультипликаторы.

    – Вы готовы инвесторам еще акции предложить?

    – Конечно. А зачем мне столько?

    – Детям передать.

    – Детям чем меньше передашь, тем они здоровее будут.

    – Вы как Владимир Потанин, который присоединился к Giving Pledge...

    – Нет, я не как Потанин. Я опираюсь на исторический опыт. В Талмуде сказано: нет ничего вреднее, чем золото родителей, для детей. Это очень важная тема.

    – Поэтому ваш сын Владимир не работает на первой должности в компании?

    – А он и не дорос. У нас по факту две первые должности. Одна – председатель совета директоров, это Александр Валерьевич Попов. И президент – Владимир Яковлевич Куницкий. Попов ведет экономический блок и правовой. А Куницкий – производственный. Они находятся в равной позиции, и, конечно, Володя еще не дорос. Но у Володи огромный прогресс. Ему 30 лет, и последние 20 лет из них я его приучаю к бизнесу. Он не пять лет в компании, а 20 лет. Он проявил себя как очень способный менеджер, выше моего ожидания. Иногда я ему пеняю: что вы все так дорого делаете, вы там не досмотрели, здесь не досмотрели. Привожу примеры, как конкуренты что-то дешево получили, намекая, что они воспользовались не очень корректными схемами. А он мне отвечает: «Ну, это же другая модель бизнеса». И он прав. Иногда и хочется подешевле, а не стоит. Завтра могут спросить.

    – То есть вы состояние отдадите в благотворительный фонд?

    – Я этого не говорил. Я пока к этому не готов, но часть точно отдам, вопрос – какую. У меня пятеро детей, я не могу никого обидеть. Как они будут папу вспоминать? Кто ближе, чем дети? Никто. Живешь ты ради них. И все, что делаешь для людей, в конце концов ты делаешь ради детей, если отбрасывать все наслоения. И это нормально. Для меня уже совершенно неважно что-то еще заработать. Мне важно, чтобы мои дети были счастливы. С деньгами или без. Лучше с деньгами, конечно. Для меня этот фактор, чтобы они были счастливы после меня, является самым важным. Но я не претендую, что это должен быть рецепт для всех.

    «Поддерживаю, когда критикуют в глаза»

    – Вам с вашей пророссийской позицией сейчас сложно на посту президента Европейского еврейского конгресса (ЕЕК)?

    – Не сложнее, чем всегда. Я три раза проходил выборы – и три раза у меня был альтернативный кандидат. Всегда из Франции – там самая большая община еврейская. И я очень горжусь, что на альтернативной основе за меня было большинство. В последний раз – 80% голосов. Причем голосование пропорционально населению страны. Косвенно 3 млн евреев голосует: каждая страна представлена таким количеством голосов, сколько составляет диаспора. Поэтому я очень доволен результатом. Всегда русская тема разыгрывалась моими конкурентами. На последних выборах [президент Совета еврейских общин Франции] Роже Кукерман сказал: «Как можно голосовать за Кантора, когда он друг Путина? Он связан бизнесом в России, он будет делать так, как указывают ему из Кремля». На это я сказал всем избирателям: «Дружба – это двустороннее движение. Может быть, я и являюсь другом Путина, но я не знаю, является ли он другом мне. Это его надо спросить. Но даже если бы он и являлся, я очень сожалею, что мы не близкие друзья, я бы для вас гораздо больше бы сделал». Я очень поддерживаю, когда меня критикуют в глаза: можно остро ответить, тебя не обвинят в избыточной резкости.

    – А если встанет вопрос о позиции конгресса по Крыму, например, что тогда? Например, ваши противники предложат высказать позицию организации о присоединении Крыма к России.

    – Моя позиция, позиция моих коллег по ЕЕК многие годы была и остается известной и неизменной: мы поддерживаем усилия по противодействию неонацизму в Европе и на Украине, и другого отношения у ЕЕК не будет. Мои противники высказывают свое мнение, но большинство конгресса следуют моим рекомендациям. Вы что думаете, что можно среди 3 млн евреев иметь какой-то авторитет, если ты не глубже и не дальше смотришь? Меня уважают, меня называют visionary – это тот, кто при дефиците информации видит яснее, дальше и глубже. Это не моя заслуга, это родители меня наградили. Я, наверное, обладаю этими качествами. Поэтому большинство всегда прислушивается к моему анализу и присоединяется к моим предложениям, что более важно. Например, инициативу по созданию Европейского совета по толерантности и примирению, нееврейской организации, конгресс поддержал. Как и инициативу по созданию Люксембургского форума по предотвращению ядерной катастрофы. Сейчас на повестке дня вопрос, как остановить наметившийся исход евреев из Европы, начавшийся в первую очередь во Франции.

    – Какой выход вы видите из противостояния России и Запада, которое настолько обострилось?

    – Очень простой – это противостояние исчезнет. Со временем. Вопрос – когда. Есть три главных игрока в мире: Россия, США и Китай. Это в эпоху [госсекретаря США Генри] Киссинджера придумали такую формулу, что каждый из этих игроков должен улучшать отношения с другими двумя и ссорить их между собой. В данный момент у нас главный игрок – Китай. Он чемпион в этом соревновании. Но я не думаю, что в стратегической перспективе противостояние продлится – оно контрпродуктивно. Хотя Россия и США безумно далеки в идеологии друг от друга. Европа не занимает самостоятельной позиции сейчас, а занимает подчиненную позицию по отношению к США. Это временное заблуждение. Потому что мы живем в мире глобальных угроз безопасности. Есть угрозы видимые. Например, угроза распространения ядерного оружия. Есть угроза распространения радикализма, в том числе религиозного. Разве может кто-либо из серьезных игроков на длительной перспективе позволить себе роскошь не консолидироваться против этих угроз? Это невозможно себе представить. Рано или поздно мы придем к тому, что мы будем искать возможные пути сближения позиций: и между Россией и США, и в треугольнике США – Китай – Россия. Смотрите, какая угроза возникает на Ближнем Востоке. 17 000 человек, бывшие иракские военные, назвавшие себя «Исламским государством» (ИГИЛ), не могут получить отпор. Потому что нет консолидации. Турецкая, иранская, израильская армии, которые могут их остановить, по разным причинам не делают этого. Где консолидация крупнейших мировых игроков? Одно из могучих подтверждений существования ИГИЛ — это радикализм в действии. А ведь эта бомба зреет и в Европе. Эти замкнутые этнические сообщества, порождающие монстров. Откуда 1000 наемников в ИГИЛ из Франции? Что это за сообщество, которое породило участников ИГИЛ? А ведь они герои в своем сообществе. Они идут убивать евреев на своих улицах, а потом едут в Йемен или Сирию убивать там. Радикализм – это всеобщая угроза.

    – Такая угроза и в России есть. У нас ненавидят тех, кто противостоит власти.

    – Оппозиция нужна. Власть, если она дальновидная, не только поддерживает, но и выращивает оппозицию. Но при этом тезис другой: Европа просуществовала 70 лет после войны, опираясь на тезис всеобщей толерантности. И к чему мы пришли? К этнически замкнутым сообществам, к мультикультурализму, о который все вытирают ноги. Это не работает. Только на синтезе толерантности и безопасности можно получать синергию. Это целая теория, которой я увлечен: разработка концепции безопасной толерантности. Эра безопасной толерантности приходит сейчас. Поэтому и в России толерантность должна быть ограничена требованиями безопасности. Это как везде. И признавать это или нет – а развитие так и идет. Кстати, по уровню антисемитизма Россия улучшила свои характеристики. Количество проявлений антисемитизма снижается.

    – В любом обществе, если есть проблемы, находится образ врага, это всегда «другой». Просто в России это не определенная нация, как в Германии 1930-х гг., а это человек, который противостоит власти и не согласен с нею...

    – А кого изгоняли из России?

    «Сейчас период временных спадов»

    – В отношении экономической ситуации в России вы пессимист?

    – А какие основания для пессимизма?

    – В апреле ВВП снизился на 4% в годовом выражении, инвестиции сократились на 4,8%, дефицит бюджета – 4,4% ВВП, банковский сектор – в минусе, средний класс сокращается. Санкции ослабляют основные секторы экономики. При дешевой нефти экономика стагнирует. Но если цена сейчас вырастет, то структурно ничего не изменится. В этом смысле низкие цены на нефть могут стать стимулом к преобразованиям, такая шоковая терапия, когда действовать нужно от обратного.

    – Я не отношусь к сторонникам революционных потрясений. Я считаю, что для такой страны, как Россия, лучший путь – это эволюция. Экономика, как любой живой процесс, испытывает состояние цикличности. В отсутствие глобальных конфликтов мировая экономика всегда растет. И только в период глобальных конфликтов она кризисно падает. Возьмите, например, поведение индекса Dow Jones. Его наблюдают на протяжении 100 лет. Когда он падал? Во все мировые конфликты. И это при том, что на территории США войн не было. Вот в чем опасность экономики – глобальные конфликты. Сейчас период временных спадов. Глобальные потрясения не нужны никому. А вот эволюционное развитие реформ – это очень важно. Печальнее всего, что сужается средний класс. Это неприятный симптом. Средний класс – спутник богатого класса. Если понимать, что это опора экономики, то нужно заботиться о том, чтобы бизнесу было комфортно. Эксперты предлагают индексировать тарифы монополий не более чем на 5,7% в год. Если бы такие ориентиры соблюдались...

    – А потом придет президент РЖД Владимир Якунин и скажет: у меня убытки, мне нужны деньги или придется сокращать людей. В итоге повышаются железнодорожные тарифы для экспортеров на 13,4% сверх 10% общего роста. Бизнес платит за то, что РЖД не может отстроить свою работу таким образом, чтобы укладываться в 5%.

    – Глубоко в мотивацию РЖД я не входил. Это, конечно, нехорошо. С другой стороны, я отношу себя к числу друзей Владимира Ивановича [Якунина]. И здесь я могу давать свою оценку. Владимир Иванович не просто товарищ, а пример. Его интересы и реальная деятельность многогранны и продуктивны. Он занимается национальным вопросом, позиционированием России. Почему именно ему руководство страны разрешило провести эту индексацию больше, чем другим, я не могу ответить. Я знаю, что это тяжелейшая отрасль. Надо разбираться. Может быть, в их модели нет другого выхода.

    – Чтобы заниматься эволюционным развитием, реформами, нужен человеческий капитал, с которого мы начали разговор. А люди уезжают...

    – Самое главное, чтобы у людей была свобода перемещения и свобода выбора. Уехали сейчас – вернутся завтра. Мой пример тому подтверждение. И таких примеров миллион. Если есть свобода. Ты не можешь приехать в Северную Корею. Я не был бы сторонником никаких шоковых мер. Россия явно развивается, только когда есть эволюция реформ. Сейчас это просто спад. Надо терпеть. Я против революций, даже экономических. Это неэффективный метод. Настоящий спад доставляют только войны.

    – Есть надежда, что на Украине война заканчивается.

    – Украинская история для меня прозрачна, понятна. Нынешним украинским властям придется избавляться от влияния неонацистов, которые способствовали их приходу к власти. Жалко, что это происходит. Украина – родина моих родителей, родина моей жены, это родина моего детства. Это любимая мною страна. Я знаю много россиян, у которых такое же отношение к Украине, и украинцев, у которых такое же отношение к России. Я надеюсь, что безумие закончится. Я не думаю, что имеет перспективы длительное экономическое противостояние между Россией и Украиной. Я думаю, что Россия и Украина в конечном счете вернутся к позициям сотрудничества и политического нейтралитета. Но сейчас такие механизмы включены, чтобы в России равновесие разладить. Я был знаком с Борисом Немцовым, мы встречались, когда оба были советниками Ющенко. Убийство Немцова – как я воспринимаю – это провокация против Кремля. Игра шла против Кремля и Путина, на мой взгляд. Это самая правдоподобная версия. Это ужасно. Немцов был мягкий, толерантный человек. Кому он мог помешать? Он был оппозиционер, но идеальная модель: вменяемый, с ним можно было беседовать, договариваться. Если предположить, что этого человека кто-то убил по заказу, то, конечно, эти люди метили не в него, а в Кремль.

    – В 2013 г. президент Путин помиловал Михаила Ходорковского. Что вы думаете об этом решении?

    – Президент России объяснил помилование гуманитарными соображениями. Исходя из того, в каком общеизвестном трагическом контексте оно принималось, для меня решение Владимира Путина является абсолютно понятным и оправданным.

    – Вам нравится на Сардинии?

    – Здесь очень сильная природа, и, в отличие от юга Франции, они успели остановить массовую застройку. Есть Department of Beauty Control – он очень строго следит за тем, чтобы соблюдались требования. В Англии сейчас каникулы, поэтому мы здесь. Дети весь день на свежем воздухе. А летом все родственники, друзья приезжают. У нас заезды как в пионерском лагере. Нам хорошо здесь. И здесь, на Сардинии, хорошо понимают чувство юмора.

    – Вы не думали для вашей коллекции музей открыть?

    – Сделал одну попытку – в Женеве, но, когда завершилось строительство здания, мы переехали. Делать что-то и не заниматься этим потом, а бросить – бессмысленно. Недавно купил одну картину у Эрика Булатова, которую я выпрашивал 10 лет. Она называется «Хотелось засветло, ну, не успелось». Я был влюблен с первого дня в эту картину, и он мне ее все-таки продал. Я признателен ему и его жене Наташе. Когда у меня два месяца назад родился четвертый сын, я им сказал: «Я действую в соответствии с вашим лозунгом». Ведь что это такое: «Хотелось засветло, ну, не успелось»? Что ты получил что-то, но не засветло, а когда уже стемнело. Я вот уже и сына родил. Мы в семье очень рады ему. Поэтому не страшно, что не засветло, важнее, что успелось.

    – Вы в одном интервью, посвященном коллекции, говорили, что художников, работы которых вы собираете, объединяет внутреннее ощущение России. А для вас ощущение России – это что?

    – Трудно сказать. Выражаясь техническим языком, это многоразмерное множество понятий. Понимание особенностей страны, с ее огромной территорией, огромными богатствами, накладывает геополитическое понимание встроенности России в мировую цивилизацию. И мы, русские евреи, себя очень хорошо идентифицируем. Мы понимаем, что мы евреи, но русские. Для нас Россия, Европа (традиционное место расположения диаспоры) – это ценности, находящиеся в едином мировом доме. В этом смысле, как сказал бы Иосиф Виссарионович [Сталин], мы «безродные космополиты». Только с одной поправкой: мы родились в России, мы не стыдимся этого никогда. Я родился в России и считаю себя русским евреем. Я 20 лет прожил в Швейцарии, несколько лет живу в Англии, но мое мироощущение не меняется от этого.

    Оригинал – «Ведомости»

    «Нельзя купить то, что хочешь, не переплатив»

    Вячеслав Кантор, владелец химического холдинга «Акрон», идеолог Музея искусства авангарда (МАГМА), о том, как создавать коллекцию

    Музей искусства авангарда задуман как передвижная, доступная широкому зрителю экспозиция. У него нет своего постоянного помещения — экспонаты между выставками хранятся на специализированных складах в Москве и Женеве. На сегодняшний день в коллекции музея порядка 400 произведений искусства 33 авторов. Все авторы — евреи по национальности и выходцы из России и стран, входивших некогда в Российскую империю. Леон Бакст, Давид Штеренберг, Роберт Фальк, Хаим Сутин, Марк Шагал, Марк Ротко, Илья Кабаков, Эрик Булатов. Выставочная деятельность музея началась с показа 36 полотен во Дворце Наций в Женеве летом 2009 года. В планах МАГМА — выставки в Лондоне, Нью-Йорке и Париже, потом в России, Белоруссии и на Украине. Вячеслав Кантор занимает 55-е место в рейтинге «100 богатейших бизнесменов России» Forbes (2009). Его состояние мы оценили в $650 млн. Бизнесмен родился 8 сентября 1953 года в Москве. В 1976-м окончил Московский авиационный институт. Во время перестройки занялся торговлей компьютерами. В начале 1990-х познакомился с новгородским губернатором Михаилом Прусаком и начал поставлять технику на местное предприятие «Азот», которое вскоре и приобрел, переименовав завод в «Акрон». В 2000 году с партнерами купил 80% акций Московского конного завода №1 и 2300 га земли на Рублево-Успенском шоссе. Международный общественный деятель, с 2005 года возглавлял Российский еврейский конгресс, с 2007 года — президент Европейского еврейского конгресса.

    — В чем основная интрига музея?

    — Цель музея — вернуть России имена, которые были «присвоены» другими странами. Для многих наверняка станет открытием тот факт, что многие знаменитые авторы, добившиеся признания в Европе и США, чьи работы способны украсить любой музей мира, на самом деле являются нашими соотечественниками. За рубежом в то же самое время для многих становится открытием, что их «родные герои» оказываются евреями, да к тому же выходцами из России: Шагал, Цадкин, Липшиц, Делоне — цвет парижской школы. Не говоря уже о Сутине, который самым кардинальным образом повлиял и на Виллема де Куннинга, и на Поллока. По воздействию на сознание общества искусство намного эффективнее правительственных или общественных организаций, поскольку предметы искусства напрямую взывают к чувствам, к тому, что делает человека человеком. Именно поэтому я считаю искусство мощным орудием для построения толерантного общества.

    — У вас с самого начала была четко сформулирована идея коллекции?

    — Не совсем. Я хотел, чтобы это было что-то связанное с Россией, что-то «очень русское». Вместе с тем, чтобы это обязательно было что-то «очень еврейское», опять же по понятным причинам. И обязательно нечто выдающееся. Кроме того, ведь понятие «состоятельный человек» условно — у меня была планка. Представим, что я бы сформулировал себе задачу так: собирать лучших импрессионистов всех времен и народов — коллекция закончилась бы на второй или на третьей работе. Или даже лучших абстракционистов Америки — ресурсы иссякли бы на пятой работе. И я решил, что «самое русское, самое еврейское и самое выдающееся» — это тот вид спорта, где я точно смогу стать чемпионом при моих ресурсах. Мне буквально стало легче дышать. Я понял, что надо «рисовать таблицу Менделеева», то есть написать список художников, предварительно объяснив себе, что они должны быть не просто выдающимися, а внесшими основополагающий вклад в развитие искусства, потому что формально по этому признаку подходило порядка 200-250 художников. В итоге были выбраны 33 богатыря, как по Пушкину. Все они были пионеры, с которых что-то началось, — как русский авангард начался с Серова, который покоя не дает Пете Авену. И так каждый из них: Ротко с абстракционизмом, Липшиц с кубизмом в скульптуре… В основном эти художники не известны в России, а на Западе известны вовсе не как русские. Это как бы люди ниоткуда, некие фантомы, которые неизвестно откуда пришли и неизвестно как туда попали. Но на самом деле в еврейской традиции есть объяснение этому слову. Фараон называет Иосифа «молодой иврий», что означает «человек, пришедший ниоткуда и прошедший мимо». Это слово является прототипом слова «еврей». Получается, что коллекция — это портрет диаспоры.

    — Получается, что все художники, чьи картины вошли в коллекцию МАГМА, иммигранты?

    — Да, все они были иммигрантами (у некоторых больший стаж, у некоторых меньший). И многие из них, например Шагал, были иммигрантами многократными: из России уехали в Париж, потом вернулись, потом уехали в Америку, потом в Израиль и т. д. Коллекция соответствует их духу и образу жизни. Успех этих художников, которые выдержали конкуренцию с местными художниками, принадлежавшими к титульным национальностям, стал для меня лучшим примером толерантности. Например, парижская школа — явление начала XX века вплоть до 1930-х годов — она условно называется парижской: там есть представители Латинской Америки (Диего Ривера), японцы (Леонард Фудзита), естественно, русские — чуть ли не 80% и т. д. И все эти художники раскрылись благодаря духу свободного творчества и соревнования, который царил в Париже. Именно благодаря «парижской» школе Париж стал мировой столицей искусства, а эти художники стали ее героями. И уже далее, обретя крылья, они улетели в Америку, возвратились в Россию, но уже признанными гениями. И мне кажется, что в этом смысле коллекция имеет огромное просветительское значение и она перешагнула рамки частного коллекционирования. Поэтому совместно с Министерством культуры мы зарегистрировали Музей искусства авангарда (МАГМА).

    — А что, по-вашему, толерантность?

    — Толерантность является одной из самых сложных наук, известных человечеству. Именно толерантная среда является той почвой, которая способствует фундаментальному развитию искусства, и наоборот. Расскажу такую историю. Я знал, что Хаим Сутин скончался в 1943 году в Париже, и я решил, что должен найти его могилу.  Я прочел в интернете, что он похоронен на Монпарнасском кладбище. И вот иду я по указателю, будто играю в «горячо —холодно». Вроде горячо, а могилу найти не могу. И тут я понял, что на самой могиле есть только даты и крест. Даты сходятся, но крест-то какое отношение имеет к Хаиму Сутину, который был, как известно, еврейским художником? И понял важную вещь: это еще одно доказательство фундаментальности идеи толерантности. Ведь ясно же, что его хоронили нееврейские товарищи. Хаим Сутин скончался от приступа язвы, ни одна больница его не брала — был 1943 год. Известно, что на могиле его выступал с пронзительной речью Пикассо, который очень высоко его ценил. Эта речь очень корреспондировалась с тем, что говорил друзьям Модильяни, когда уходил из жизни. Он говорил: «Вы не должны переживать, ведь остается мой друг, который гораздо выше меня по таланту, — это Хаим Сутин». А речь Пикассо звучала с обратным знаком: «Мы, оставшиеся, никто по сравнению с ушедшим». Так вот, эти люди даже после смерти защищали своего товарища от будущего глумления. Они написали только дату и поставили только крест. Интересно, как мгновенно возникший диалог цивилизаций спасает от некорректного проявления одних людей против других.

    Или еще один пример. Несколько лет назад вышел каталог-резоне скульптора Осипа Цадкина. Он не очень широко известен в России, но во Франции он герой. Когда Жак Ширак был мэром Парижа, то поставил, наверное, столько же его скульптур, сколько Лужков — работ Церетели. Так вот, этот каталог начинается предисловием Ширака: «Выдающийся французский скульптор Осип Цадкин родился в Смоленске». И, скажем, мы зададим вопрос губернатору Смоленской области, знает ли он Цадкина? Есть ли в Смоленске музей Осипа Цадкина? Мне бы очень хотелось, чтобы был. Чтобы губернатор, да что там губернатор, чтобы президент гордился тем, что у нас такой выдающийся соотечественник.

    — Вы не собираетесь менять формулу коллекции?

    — Изначальная формула «очень русское, очень еврейское и выдающееся» работает. У нас действительно одна из лучших в мире коллекций Хаима Сутина — все его выдающиеся работы находятся у нас. У нас абсолютно лучшие работы Тышлера, Сони Делоне и Иосифа Цадкина, Липшица, выдающиеся работы Шагала. На сегодняшний день есть небольшие пробелы в «таблице Менделеева», которую мы составили 10 лет назад. Формально все заполнено, но некоторые клетки я бы все-таки заменил на лучшие работы — есть 2-3 клеточки, где бы я драматически улучшил качество. Но сейчас я раздумываю о расширении формулы коллекции, о том, чтобы перейти по крайней мере от русских еврейских художников к европейским еврейским художникам XX века. Это будет логическое и понятное продолжение концепции. Потом можно будет двинуться на Америку. Но все равно мы останемся в рамках так называемой евро-атлантической цивилизации.

    — Но все равно эти художники каким-то образом будут связаны с Россией?

    — Необязательно. Хотя у меня есть подозрение, что вообще все связано с Россией. Россия была империей. Польша, Финляндия были частью Российской империи. Если взять еврейское население Западной Европы и Америки, то очень малая его часть корнями будет не из Российской империи. Так что коллекция будет прямым продолжением обозначенной концепции.

    Когда формула ясна, остается только соблюдать принципы. Очень важным было соблюдение принципа гениальности каждого артефакта, что далось непросто. Мы не стремились купить большую выборку каждого художника, мы стремились купить хотя бы один его шедевр. Чтобы коллекция была воспринята разным вкусовым глазом, она должна состоять из выдающихся артефактов. И здесь очень важен принцип непрерывности цепи. Потому что коллекция, которая имеет разнобой в качестве, производит дисгармоничное впечатление, а это очень вредно. Человек, который приходит в музей или осматривает тщательно подобранную коллекцию, должен видеть, что каждый артефакт — это еще одна точка зрения общего мироощущения, а не просто случайность. За этим приходится тщательно следить, что требует больших усилий и напряжения.

    — Каких, например, усилий?

    — Никто не хочет, даже при сложных материальных обстоятельствах, расставаться со своими произведениями искусства. Я имею в виду наследников художника. Это очень сильная связь, намного сильнее, чем может показаться на первый взгляд. Дело в том, что эти люди вырастают с работами, живут с ними как с членами семьи. И каждое приобретение — это серьезный психологический этюд, который может длиться годами. В частности, работа Шагала «Видение. Автопортрет с музой» приобреталась семь лет — семь лет непрерывного общения с владельцем. И, к сожалению, только его кончина привела к тому, что нам удалось ее приобрести. Причем этот человек, так и не решившись продать картину, завещал это своим наследникам, причем продать только Кантору, и даже определил некоторые параметры сделки. Меня потрясло, насколько это был честный и порядочный человек. 

    — А вы сможете, если придется, расстаться с этой работой?

    — Ну, конечно, никто не может зарекаться, но для меня чрезвычайно болезненно расставание с любой картиной. В коллекции есть работы, которые приобретались вне темы. И однажды я решил своему товарищу одну из таких картин подарить — даже это было болезненно. Так что пусть уж это делают после меня. А я и музей будем работать по мере возможности в одном направлении — в сторону собирательства.

    — Как вы понимаете, что именно эту работу и никакую другую должны купить для коллекции?

    — В поле моего зрения попадает произведение, которое меня интересует, шокирует, я чувствую, что жить без него не могу. У меня есть собственные критерии, выдающаяся это работа или нет. Если я смотрю на нее несколько секунд, а потом сутками помню, что там написано,  значит это точно гениальная работа. А на формально гениальные работы часто смотришь, отворачиваешься и, что там, совершенно не помнишь. Что я делаю, чтобы вжиться в образ и избежать риска, чтобы меньше надеяться на интуицию? Я беру иллюстрации этой работы и кнопками по всему дому размещаю. В ванной смотрю на нее, когда бреюсь, напротив своей кровати, в гостиной у рояля на подставочку для ног — она у меня повсюду. И я решаю для себя вопрос: я могу без нее жить или нет. Если я четко понимаю, что прожить без нее не могу, то уже начинаю обдумывать технику приобретения.

    — Как вы совмещаете бизнес и коллекционирование?

    — В нашей жизни политика, экономика, искусство — все непрерывное пространство. Это я называю гармонизацией жизни. Я живу в непрерывном для себя пространстве, в котором одновременно происходит трата денег и зарабатывание. Я чувствую на своих плечах несколько предназначений, которые я с удовольствием несу. Главное мое предназначение — это быть отцом своих детей, хорошим отцом. Я многодетный отец по современным меркам — у меня их трое. Второе по важности — это моя семья в широком смысле, я забочусь о ней. А дальше — моя еврейская семья, за которую я тоже отвечаю. И это почти 3 млн человек, которые живут в Европе. Я отвечаю за достаточно большой социально ориентированный бизнес, в котором активно нахожусь более 15 лет. И мне ни за один мой шаг в бизнесе не стыдно.

    — Вам часто приходилось покупать работы по сильно завышенной цене?

    — Моя мама говорит так: нельзя купить то, что хочешь, не переплатив. 

    Оригинал – Forbes.ru

    Вячеслав Кантор: толерантность мешает бороться с неофашизмом

    В Петербурге в воскресенье, 30 марта на международную конференцию "Неофашизм в Европе: 70 лет спустя" приехали участники из 20 стран Евросоюза и СНГ, представители общественных, культурных и научных организаций, лидеры молодежных движений. Утром воскресенья они собрались на Пискаревском мемориальном кладбище, возложили венки к монументу "Мать-Родина", и после этого отправились на конференцию.

    В первых же выступлениях докладчики заговорили о всплеске активности радикальных группировок в Европе. И о том, что происходит это как раз в странах, которые во время Второй мировой больше других пострадали от фашизма, передает канал "Россия 24".

    Бороться с возрождением фашизма европейцам мешает толерантность, считает глава Европейского еврейского конгресса Вячеслав Кантор. Он отметил, что сейчас "демократия работает против прав, свобод и безопасности" европейцев. Эффективной работе властей препятствует толерантность "в ее модернистском, безграничном понимании", — подчеркнул Кантор в своем выступлении.

    Неонацисты приходят к власти из-за превратного понимания демократии, заявил Кантор. Он отметил, что в Европе ультра националистические силы образуют партии и при поддержке рассерженных граждан получают места в парламентах. В качестве примера Кантор привел усиление влияния неонацистских партий в Греции и Венгрии.

    По словам председателя Европейского еврейского конгресса, главная причина всплеска неофашизма и антисемитизма — это "потеря исторической памяти". Он подчеркнул, что главной преградой в борьбе с фашизмом оказались "базовые европейские ценности — демократия и толерантность"

    Оригинал – «Вести»

    Европейская война с терроризмом: Вячеслав Моше Кантор поддержал план британского премьера

    Президент Европейского еврейского конгресса Вячеслав Моше Кантор поддержал новую анти-террористическую инициативу, выдвинутую премьер-министром Великобритании Дэвидом Кэмероном в мае 2015 г.

    Новый закон, предложенный премьер-министром Великобритании на рассмотрение в Парламенте, предполагает расширение компетенций контролирующих органов. В частности, предлагается налагать запреты на деятельность экстремистских организаций, которая «подрывает принципы демократии» или «разжигает ненависть» в обществе; при этом, такая деятельность может не нарушать другие законы Великобритании, но быть признанной достаточной для наложения запрета.

    «Мне совершенно понятна необходимость корректировать концепцию национальной безопасности принимая во внимание соображения индивидуальных прав человека, но сегодняшняя ситуация позволяет экстремистам использовать эти концептуальные зазоры в собственных вероломных целях», -- высказался в недавней статье для The TelegraphВячеслав Кантор.

    По его мнению, данная проблема требует непростых решений, причём не только по содержанию, но и по форме:

    «Недостаточно просто улучшить правоприменение. Без достаточных полномочий полиция и судебная власть не могут адекватно реагировать на акты экстремизма и терроризма. К сожалению, подобное поведение пока ещё не всеми признано незаконным, хотя и признаётся большинством опасным и недопустимым», -- резюмировал Кантор.

    По словам Вячеслава Моше Кантора, пришло время начинать использовать закон в борьбе с экстремизмом, поборники которого крайне инструментальны в признании современных свобод: отказывая своим жертвам в свободе вероисповедания и выражения, они используют свободу слова в качестве инструмента преследования своих целей.

    «Если мы продолжим позволять им действовать под нашим присмотром, то, тем самым, мы будем продолжать подрывать безопасность нашего общества, жизни и права которого государство взяло на себя обязательство защищать», -- говорит Кантор.

    На посту Президента Европейского еврейского конгресса Вячеслав Моше Кантор продвигает идеи «безопасной толерантности», предполагающие более жесткие меры в борьбе с религиозным экстремизмом и антисемитизмом.

    По убеждению лидера европейского еврейства, Типовой закон о безопасной толерантности, проект которого обсуждается в органах ЕС, должен стать прочной основой для пересмотра европейскими государствами их деятельности по обеспечению безопасности в век набирающего силу терроризма.

    Напомним, в начале апреля 2015 г. Центр Кантора по изучению европейского еврейства при Университете Тель-Авива представил доклад о состоянии антисемитизма в мире. В 2014 году в мире зафиксировано 766 случаев насильственного проявления антисемитизма. Это на 38% больше, чем в 2013-м.

    На постсоветском пространстве обстановка гораздо благополучнее. По данным Центра Кантора, существенного ухудшения ситуации исследователи не произошло. Так, в России число случаев "насильственного антисемитизма" не только не выросло, но сократилось с 15 до 12. Среди них — только одно нападение на еврея, которое, по словам авторов доклада, могло и не иметь националистической подоплеки. На Украине, согласно данным, ситуация также не изменилась существенно.

    Оригинал – «Эксперт Online»

    Вячеслав Кантор: «Даже через семьдесят лет после Холокоста важно помнить об этой трагедии»

    Президент Европейского еврейского конгресса Вячеслав Кантор поприветствовал слова принца Монако Альбера II, произнесенные им на церемонии открытия памятника с именами депортированных из Монако евреев 73 года назад.

    Открытие монумента состоялось 28 августа. Как раз в ночь с 27 на 28 августа 1942 года 66 евреев прибыли в Монако в поисках убежища от Холокоста, считая эту страну нейтральной и безопасной, но были депортированы в нацистские концлагеря. В живых из них осталось лишь девять.

    На церемонии открытия памятника Альбер II принес извинения за ту роль, которую сыграло его государство в депортации евреев в страшные времена Второй мировой войны.

    «Мы совершили нечто непоправимое, передав властям соседней страны женщин, мужчин и ребенка, искавших здесь убежища от преследований, которым они подвергались во Франции. Мы не защитили этих людей. А они прибыли к нам, в надежде получить убежище, рассчитывая на наш нейтралитет. Говорить сегодня перед вами, это означает признать этот факт. Не только признать, но и попросить прощения», - сказал Альбер II в своей речи.

    Он выступил перед главным раввином Монако и другими общественными деятелями. На церемонии присутствовал также Серж и Беата Кларсфельд – известные историки и исследователи Холокоста. Именно Серж Кларсфельд убедил отца Альбера II - князя Ренье III - исследовать роль государства Монако во время Второй мировой войны.

    Президент Европейского еврейского конгресса Вячеслав Кантор выразил почтение принцу Альберу и поприветствовал его слова. «Мы приветствуем сегодняшнее событие и стремление объективно изучить трагическую историю депортации евреев княжества в темные дни фашистской оккупации», - заявил Кантор. «Даже через семьдесят лет после Холокоста важно помнить об этом, помнить о той страшной роли в истории, которую сыграли нацистские преступники, посылая людей на смерть. Осознать прошедшее никогда не поздно», - добавил Вячеслав Кантор, слова которого передает The Associated Press.

    Напомним, что Монако в начале Второй мировой войны официально сохраняло нейтралитет, а затем было оккупировано Италией и Германией. Известно, что население пыталось помочь евреям, которые искали убежище в Монако, но по мере усиления давления со стороны нацисткой Германии, ничего сделать уже не могли.

    В настоящее время усилия князя Альбера II как правящего монарха направлены не только на поддержание репутации государства Монако как территории с льготными налоговыми условиями и излюбленного места проживания и отдыха богатых. Князь Альбер II создал комиссию, которая занимается фактами разграбления имущества евреев, отправленных в 1942 году в лагеря смерти. В четверг Альбер II заявил, что девять просьб о компенсации комиссией уже утверждены. Добавим, что Европейский еврейский конгресс (ЕЕК) учрежден в 1986 году и является единственным представительским органом еврейских общин Европы. ЕЕК работает с национальными правительствами, институтами Европейского союза и Советом Европы. Штаб-квартира ЕЕК расположена в Париже. ЕЕК объединяет и координирует работу более 40 избираемых лидеров национальных еврейских общин в Европе, насчитывающих более двух миллионов евреев.

    Президентом Европейского еврейского конгресса с июня 2007 года является Вячеслав Моше Кантор. Он был переизбран на этот пост в декабре 2008 года, а затем в ноябре 2012 года на четырехлетний срок. Оригинал – infox.ru

    Европейский еврейский конгресс поддержал действия России в борьбе с ИГ

    Европейский еврейский конгресс поддерживает действия России в борьбе с террористической группировкой «Исламское государство», заявил глава организации Вячеслав Кантор.

    «Наш конгресс решительно поддерживает действия России против «Исламского государства». Российские Воздушно-космические силы сражаются не только с угрозами и вызовами для России. Они защищают Европу, мы это понимаем», – передает РИА «Новости» слова Кантора на встрече с Путиным.

    Кантор также рассказал Путину, что евреи бегут из Европы, поскольку боятся терроризма, а также нарастающих негативных настроений.

    «Пусть едут к нам», – ответил Путин.

    Напомним, гражданская война в Сирии ведется с 2011 года. Войскам президента страны Башара Асада противостоят различные группы, в том числе, террористическая группировка ИГИЛ (ИГ).

    Долгое время выхода из сложившейся кризисной ситуации в стране не было видно. Однако 30 сентября прошлого года самолеты российских Воздушно-космических сил России по просьбе президента Сирии Башара Асада приступили к проведению воздушной операции с нанесением точечных ударов по позициям террористических группировок «Исламское государство» и «Джебхат-ан-Нусра».

    За это время Воздушно-космические силы России при участии надводных кораблей Каспийской флотилии и дизель-электрической подлодки Черноморского флота ВМФ России «Ростов-на-Дону» уничтожили несколько сотен боевиков и тысячи объектов террористов.

    Оригинал – «Взгляд»

    Вячеслав Кантор призвал Россию и США вернуться к переговорам по международной ядерной безопасности

    Возобновление диалога между ведущими ядерными державами на сегодняшний день является главным условием мировой безопасности.

    Назад к истокам

    Причины приостановки процесса разоружения и его дальнейшие перспективы ведущие эксперты в вопросах ядерной безопасности обсудили в ходе конференции «Рейкьявик: 30 лет спустя — уроки прошлого и ближайшие задачи» 7—8 июня 2016 года в Амстердаме. Организованное по инициативе Международного Люксембургского форума по предотвращению ядерной катастрофы, мероприятие собрало несколько десятков специалистов со всего мира. Были среди участников и непосредственные свидетели исторической встречи глав СССР и США в столице Исландии в 1986 году.

    Актуальность вопроса сокращения ядерных вооружений в своей вступительной речи обозначил президент Международного Люксембургского форума Вячеслав Моше Кантор. По его словам, сегодняшнее положение дел в этой сфере оказывается даже хуже, чем в период холодной войны и гонки вооружений. Впервые за 30-летнюю историю переговоров о разоружении процесс зашел в тупик. Политические разногласия между США и Россией сделали невозможным дальнейший диалог. По мнению Вячеслава Кантора, от того, насколько быстро страны вернутся к сотрудничеству в этом вопросе, во многом зависит мировая безопасность.

    «Диалог по ядерному вопросу при современном росте напряженности в мире просто необходим. Никакая архитектура безопасности, никакой набор правил и норм, никакие усилия по ведению переговоров или выполнению соглашений не дадут результата без воли лидеров обеих стран к решению назревших проблем в режиме сотрудничества», — заявил Моше Кантор.

    Глобальные угрозы

    Затягивание процесса переговоров и несогласованность действий и нормативных актов в ядерной сфере влечет за собой целый ряд потенциальных рисков, пояснил Вячеслав Кантор. Помимо угрозы непреднамеренного или ошибочного запуска ракет, отсутствие координации между спецслужбами и силовыми ведомствами ведущих ядерных держав увеличивает риск того, что ядерные материалы попадут в руки террористов. Только Россия и США обладают достаточным научным и техническим потенциалом для отслеживания перемещения таких материалов и контролем их распространения.

    Среди других назревших проблем, требующих скорейшего решения, Вячеслав Кантор назвал разработку конкретных мер по увеличению времени для принятия решений о стартах стратегических ракет, а также максимально компромиссное разрешение противоречий в вопросах противоракетной обороны и высокоточных неядерных стратегических вооружений. Экспертное сообщество со своей стороны готово оказать любую консультационную поддержку. По итогам форума все выводы и рекомендации были собраны в итоговый документ, который будет направлен и главам государств, и заинтересованным в вопросе международным организациям.

    «В спокойной обстановке претензии Вашингтона и Москвы друг к другу могли бы разрешиться с участием согласительной комиссии, однако в современной политической ситуации эти разногласия превратились в настоящие проблемы. Скорее всего, без компромисса по ПРО, выполнения Минских соглашений и разрешения вопроса с санкциями, приступить к переговорам по сокращению вооружений вряд ли будет возможно», — заключил президент Люксембургского форума.

    Оригинал – «Росбалт»


    Предыдущая статья
    Следущая статья


    Вернуться

     

    Сайты портала

     

    Люди Великого Княжества

     

    Рассказ о Дубовиках

     

    Сайт
    А.А. Бовкало

     

    Клуб
    Круковских

     

    Родовой клуб Яцкевичей

     

    Сайт С.О.
    Экземплярова

     

    История рода Гассельблат

     

    Фамильный Клуб
    Извековых

     

    Сулины - Клуб
    однофамильцев

     

    Сайт
    В.Е. Болотского

     

    Сайт
    С.В. Кочевых

     

    Страница
    Д.А. Михайлова

     

    У нас вы можете:

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

     

    Дизайн Ivan.Shumkov studio
    © Петербургский Генеалогичеcкий Портал, 2001-2016